Пророк

Завтра меня сожгут.

Это обычная практика. Всех пророков убивают в своем отечестве. Конечно, можно было уехать. Мне предлагали. Завести цветочную лавку и стать обычной женщиной. Но разве это была бы жизнь?
Я готова. Все сказанное уже сказано. Что-то даже записано и уже разлетелось по свету. Я буду жить и после смерти. Придут другие. Дело будет жить. Слово будет нестись сквозь века. Разве важно остальное?

У меня осталось меньше суток. Можно уже не торопиться. Каждая минута становится вечностью перед лицом смерти. Люди боятся правды. Боятся жизни. Боятся свободы.

Я не хотела делать их лучше. Я просто жила по-настоящему. Они не выдержали. Когда кто-то рядом живет по-настоящему, ты видишь всю бездну и неправду своей жизни. А это слишком тяжело.

Они все придут смотреть на костер. Это всегда увлекательно. Плачут лишь некоторые. Остальные выдыхают. Им больше не надо соответствовать.

Я не жалею. Да и о чем? Я не собиралась быть примером и хлыстом. Но они увидели именно так. Сначала они критиковали и осуждали. Да как она смеет отличаться, говорили они. Потом присмотрелись. Потом испугались…

Я не играла ролей. Искренность шкалила и била.

Завтра я ничего им не скажу. Зачем? Кто-то поймет и без слов. Кто-то не поймет и слова.
***
Костер долго не разгорался. То ли солнце слепило палача, то ли спички были мокрыми от его слез…

Они познакомились случайно и навсегда. И вот теперь он — должен ее убить. Это обычная практика. Пророков убивают лучшие друзья. Чтобы стыдиться себя до конца дней.

Толпа начинала бунтоваться. Костер хотели все. А она стояла рядом. Спокойная и настоящая. И смотрела на него. Без злости, без жалости. С любовью и тишиной. Он встретился с ней глазами и костер взвился в небо.

Ты только не ври себе, — сказали глаза.

Две фигуры медленно догорали.

FacebookVKTwitterGoogle+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *