Среди череды похорон последней пары лет вдруг замечаешь, как многие люди были дороги. Как от многих было хорошо. Потому что они были лучиками в моей жизни. Именно в моей. 

И многие смерти проходят мимо. Но многие — царапают. Словно с уходом каждого из них, ты становишься обнаженнее. Вот они — прикрывали от чего-то. И вдруг нет надежной брони вокруг. Сзади нет стены, к которой прижаться, впереди — чистое поле с миллионами троп и без провожатых…

А они уходят и говорят: ну вот, теперь ты можешь стать чьей-то броней. А можешь и не. Можешь просто исчезнуть однажды, не оставив следов. А можешь вот также царапнуть других, передать эстафету…
***
И среди этой нескончаемой череды — дед. Который, оказывается, тоже был этим лучиком и броней. Только оказывается это сейчас. Когда на его месте тоже обнаженность. 
А перед глазами останется еще на дни и годы — охапка воздушных шаров, мартовское солнце, лужи, смех наш с чадой, бежавших на последний день рождения.
***
И пару дней назад, когда по соцсетям неслось «помолитесь о Петре Мамонове», внутреннее и непередаваемое — дайте ему уже уйти Домой, он этого ждал… Но вокруг все равно обнаженнее…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.