Вот представляешь обычно: сидит Симеон Метафраст, к примеру, благообразно заткнув перо за ухо, и молитву сочиняет «едине чистый и нетленный господи… аз поношение языков… очи твои видеста и иже»…

А ты потом, благообразно платочек перетянув, стоишь в красном углу и пережевываешь вслед за…

А это криком было когда-то: Господи, взываю к Тебе, услышь. Сердце мое изболелось без Тебя, поросло коростой и потерял ключи я, не открою Тебе, но Ты, сердце каждого знающий, ключи от всех имеющий, отвори двери, войди, боль раствори, разрушь окаяние и залей елеем твоей любви.

Потому что если не Ты, то некому.

Темно без Тебя, но светом своим ворвись в глубины мои, переверни до основания и если хоть один камень во мне может, сделай его краеугольным, воздвигни заново меня. И спаси. Ибо только Ты — господин жизни моей и спаситель…

Вместо ключа от сердца ты опять принес нож©️

Но я не знала, что в тебе дыра размером с любовь,
А ты залил в нее до краев боль,
Что ты бездомный кот, сбежавший из теплого дома
И мечтающий о тепле,
Думала будем вместе по крышам гулять,
Напевая песни просыпающейся луне,
Будем двумя огненными шарами несгорающего огня,
А оказались с потухшим пламенем два.
Залатаю маску,
Возьму железные башмаки,
Дойду до конца гор,
До края земли,
Точно узнаю, что существует свет без тьмы,
Где лето не спорит с зимой,
А «я» не противоречу «ты».
Боль свою сожгу в создателевом котле,
Тебе принесу любви
Для твоей дыры,
Чтобы ты смог домой,
В свое тепло и уют,
Где под абажуром свет
И тебя ждут

— Принцесса, ты только не исчезай. Только дождись. Я вернусь. Луна станет прежней. Крылья мои залечатся и я вернусь. Сильным и твоим.

Принцесса спала. Беспокойно спала. Всхлипывала во сне. Обнимала подушку. Луна протяжно светила в пещеру.

Гера тихо вышел. Дракон верил, что принцесса дождётся…

Все продается
Даже души
Ключи от сердца брошены на рынок
Там на прилавках дружбы дышат стужей
И мир немного наизнанку вывернут
Там каждый каждому не брат, не волк, не недруг
Все безразличны
Каждый просто выпит
Нет ни стремлений, ни коварства, ни любимых
Всем правит чеховски пошлейший рынок
И ты вливаешься в бегущее пространство
Распродаешь себя по километрам сердца
И ждешь, что кто-то сбросит липкость паутины
И снова станешь человеком

Мы стояли на гребне волны
Обнимались с ветром
Нас штормило до глубины
Полноты ответов
Наша лодка летела как чайка
Разбиваясь о скалы
Выплывали в обнимку с тобой
Выплывали.
Думали остров необитаем и болен не нами
Думали выживать как потерпевшие крушенье пираты
А он взял нас в свои ладони как будто помнил
Ответил на наши ответы
Растворил вопросы
Обнял и приветствовал вернувшихся к дому
Двух параллельных людей неевклидова мира

Уходят. Ухоят люди. Уходит эпоха.

И живые позавидуют мертвым. Уже пора?
Год, столькое высветливший. Стольких забравший.

А нам-то когда домой? Сколько еще ходить по пустыне в поисках?

Идем. Еще идем. Если проводником Отец, то какая разница, сколько…

Я устала ждать, бояться, не верить
Я устала закрывать закрытые двери
Я хочу быть прозрачной как воздух осенний
И с деревьями вместе ждать воскресенья

Сегодня я плачу. От текстов. Наверное, взрослею. А может, тексты такие, что иначе никак.

От хороших текстов светлеет душа. Вычищается зацикленность на себе и своем.

От хороших текстов сердце иначе бьется. А бесконечный бег мыслей останавливается.

От хороших текстов мир кажется больше. А Творец ближе.

Потому что Он — в междустрочиях. Междубуквиях. Везде.

Я сниму свою кожу
Повешу в шкаф
Пусть висит на крючке
Мне так просто быть не собой
Быть вообще
Я усну на твоем плече
Буду видеть тебя во сне
Буду нежить тебя
Буду оживлять
А потом сниму твою кожу
Повешу рядом с своей
Будем обнажать душу свою
До костей
Будем просто собой
Такими как создал когда-то Отец
Будем прорастать
Открывая друг в друге себя
Как когда-то других
Ты Адам мой
Я половина тебя
Целая, но созданная из твоего ребра
Я частица твоей неуемной и ждущей души
Обнимай меня
И живи
Целиком живи

Ловить дни
Напролет и навылет
Птиц искать
Целующих облака
Каждого обнимать
В бесконечном мире
Сердце открывать
И впускать