А дома все так же.

Постель смята и сброшена. Недопитое вино на столе. Стол, перепачканный краской. Одежда, разбросанная там, где.

Только исчезла улыбка.

Неспешно открываешь дверь. Замираешь на пороге. Ждешь.
Нет. Точно исчезла.

Смешиваешь краски. Рисуешь мазок за мазком. На стенах, стульях и потолке.
Включаешь до дребезга дома лучезарного Моцарта.

Молчит. Замолкает плоть человеча. Не грустит. Замирает. Улыбку хоронит под слоем штукатурки, как шедевры под неумелыми рисунками.
Хлопаешь дверью.

Вернешься, когда сможешь отскрести.

А потом ты берешь в руки ведро с краской и идешь рисовать свое небо.

«Мама, посмотри, какие виды! Как у нас красиво!»

Замираю. Не от вида. От чады, которая, внезапно замолчав, любуется, сознательно приведя меня в ту точку, из которой «виды» особо видны.

Царев Курган — это наше круглогодье.

Весна, лето, осень, зима и снова весна. Приехать и замереть. пройти любимыми тропами, окунуться в терпкость сосен и пряность цветов, вновь и вновь проваливаться в эту «красоту видов», где с одной стороны Волга и Ширяево, а с другой — Сок и Тип-Тяв.

И раз за разом делать фотографии в одних и тех же местах в похожих позах. И раз за разом возвращаться. Спускаться с горы и нырять в ледяной источник. Набирать воды и пить большими глотками, умываться, мерзнуть, сохнуть и смеяться.

Когда на вопрос «почему ты все еще в Самаре», отвечаешь — «потому что Волга и Царев Курган». И идешь рисовать небо.

#каникулы2019

Нет, я не влюбилась.
Нельзя влюбиться в вечность. Ее можно вобрать в себя и знать, что она умеет ощущаться физически.

Нет, я не влюбилась.
Просто вернулась домой. Море после реки как масло после акрила. Живое, теплое и дышит. Меняется само.

Нет, я не влюбилась.
Я просто провела несколько дней без комментариев. В точке, где небо проваливается в воду.

Ты хочешь погулять по дебрям
собственной души
Распарывай себя скорее
дыши
Там сквозь расщелины и язвы
горит любовь
Помятая и подзабытая
и молча ждет
Там как лоскутье одеяла
клокочет жизнь
Разорванное как попало
но время шить
Обломки бытия и света
в единый пазл
А любящий стоит у сердца
врачуя сад

Нет ничего более вечного, чем временное.
Реки обновляются, моря целуют.
Вулканы просыпаются, земля родит.

Нет ничего более увлекательного, чем «я на минутку» и «только посмотреть».
Книга дочитывается до последней запятой. Фильм — до послевкусия.

Нет ничего более любимого, чем «сердце мое давно и навеки другим, да и сам я растрепан».

Цепляемся за время, проигрывая его вечности. За метры, забывая о пространстве. За оболочки вместо душ.

Любим цветы и — срываем. Любим людей и — душим. Себя обманываем, вытряхивая собственное бытие из пыльных коробок.

И только временное перерастает в вечность. Канат над пропастью остается единственным мостом. Дверь открывается вовнутрь собственной души.

Откроешь?

Час назад.
Я лежу на твоем плече или ты на моем. Я не разделяю, где я и где ты. Моя голова касается сейчас вечности. Чувствую, как несет куда-то не меня, а нас.

День назад.
Я пишу тебе и чувствую твое тепло в ответ. Обмен мгновенными сообщениями придумали задолго до интернета. Просто слушай сердцем.

Три дня назад.
Я вкладываю свою ладонь в твою. Я тебе доверяю. Могу пойти за тобой или остаться. Быть рядом или далеко. Расстояния сматываются в точку. Нет ни времени, ни пространства.

Пять минут вперед.
Ложусь и закрываю глаза. Твое тепло бьется рядом. Благословляю твой сон.

У меня внутри солнышко
Мне тепло и ярко
Собери нас в вечности
Цельной нотной гаммой
Будем просто рядом
Говорить с тобою
Обниматься светом
И струить любовью

Ты мне будешь сниться
Выбрасываться из воспоминаний
Бежать к самолёту
И верить, что не опоздаешь
Я завернусь пледом
Сварю шоколада
Буду знать, что успеешь
И обнимать перед трапом
Буду просто рядом
На земле и в небе

Дары моря
Не креветки в соусе
Не маслины с анчоусами
Даже не пена морская
И галька в ноги
И волны качающие
А немного меня
Снявшей шкуры
С глазами в небо
И радостью утро
Касающаяся вечности
Горизонтом безбрежным
Умиротворенная
И бесконечная
Дышащая плотно
Соленым ветром
И никому не соответствующая

Ты молчишь век за веком
Пласт за пластом
С каждым днем становишься ты тише и мудрей
Я к тебе прислонюсь в тишине
И послушаю как бьются века
И послушаю, что шепчет скала
И дотронусь до всего, что прошло
И увижу как рождались слои
Я поглажу шершавость твою
Я поглажу молчаливость твою
Я поглажу то, что длилось в тебе
И уйду не сумев промолчать