Эльрин
Нек сине
Обуум
Майрэ, майрэ
Этэ
Рино, даси, эпи
Вей
Ся
Пой
Ся
Бе
Ги
Арун
Эми
Пы
Лай
Кристэ
Кристэ
Сомэ
Ра
Дэ
Ра
Дэ
Эми
Си
Ла
Жиз
Ни
Вте
Бе

В глубине меня пустота абортированной тишины
Заполняю ее словами как дешевым вином
Окружаю себя липкой паутиной суеты
На костре сжигаю растресканный внутренний покой
Ты верни меня хоть на пару шагов назад
Тишину, рождающую смыслы, в меня вплети
Я не хочу снова корежить чужие сердца
Я верю: ты можешь все правильно изменить

Хочешь, я разбужу твой самый страшный страх?

И ты снова будешь просыпаться в ужасе. Потому что ты — никому не нужен. Потому что все — иллюзия и тлен. Ты — плод воображения. Все твои шаги — зря. Вся твоя жизнь — не твоя. Ты зря проговаривал в колодец желаний сокровенное.

Я возьму тебя за руку и приведу в ноябрь. Когда серо, хмуро, промозгло. И так будет всегда. Деревья — умерли. Цветы — уснули. Сам ты — лишь никому не нужная тень, выметенная метлой за околицу чьих-то жизней.

Твое серое лицо не воскреснет.

Но пока ты будешь метаться по четырем несуществующим стенам коробки твоего сознания, за окном начнется капель. Из-под серой мглы проступит первый росток. И осторожный луч скользнет по твоему пропавшему лицу.

Кто-то большой снимет с твоего сердца липкую паутину безысходности. Спалит на костре, выварит в котле, развесит мокрые тряпочки твоих слез. Приведет на берег великой реки и зачерпнет пригоршни воздуха.

Кто-то большой скажет, знаешь, я видел твое сердце и слышал, как ты искал. Не там и не того. Но искал. Я слышал, как ты бился о стены, когда жаждал истины. Я был рядом, но ты закрывал глаза. Я отогревал твое ледяное, но ты снова мчал в холод.

И все-таки ты нужен мне. Отбившийся от жизни и выбросивший сам себя. Упрямый и больной. Выпитый и недопетый.

Я отогрею твое сердце. И ты поверишь однажды, что ты — нужен мне.

И проснется свет.

В бесконечно-солнечном
Между ангелами и небом
Я взмахну крыльями
И улечу к свету
Я начну заново
Разыгрывать прошлое
Год за годом вымарывая
И пиша невозможное
И роняясь кляксами
На tabula rasa
Я начну старое
Бесконечно прекрасное

Принцесса и дракон

Ну зачем, зачем было похищать эту неуравновешенную принцессу? И вечно у нее семь пятниц в минуту. И настроение опять никуда не годится…

-И вообще, уходи из моей пещеры!
-Это моя пещера, — голос дракона побелел от гнева.

-Гера, мне плохо, слышишь? Луна так жалобно смотрит, облака так яростно бегут… Мне страшно, Гера! Я не хочу одна в этой пещере…

-Девочка моя, не плачь. Я укрою тебя своими крыльями. Я спрячу тебя от камней в спину и ножей в сердце.
Ты только выбрось свою тьму. Пусть ветер вместе с облаками унесет и ее.
Девочка моя, не плачь. Слышишь, солнце стонет закатами, лес припадает к земле. Только и держится, что наша пещера. А мы сами ее разбираем на камешки.
Девочка моя, не плачь. Я согрею твое сердце своим дыханием. Буду рядом, даже когда ты не в настроении. Просто буду рядом.

Принцесса завернулась в драконьи крылья.

-Гера, солнышко, не сердись. Мне так больно сейчас. И хочется всему миру добавить боли. И становится еще и еще. Не сердись, милый. Обними меня крепко. И никуда не отпускай.

Тишина моих ладоней.

Нежно-нежно веду по твоему лицу. Рисую узоры. Говорю о бесконечном. Тонкая волшебная ниточка тянется от меня к тебе. Чуть дотрагиваюсь, чтобы не спугнуть.

Пространство лучится. Поет. Танцует. Я замираю. Чувствуешь тепло моих рук? Где-то в глубине сердца они подхватили огненный шар и несут тебе.

Пространство исчезает. Мы — в межвременьи. Тепло ладоней заворачивает нас в солнечный плед.

Мы одни во вселенной. Мы часть вселенной. Мы вселенны.

Молчу с тобой. Огненными ладонями сжимаю кисточки и веду по твоему лицу. Мы идем по звездам. Обнимаемся и бежим навстречу солнечному лучу. Играем в догонялки с ним. Смеемся как дети в раю.

Мы — вселенны. Бесконечны. Волшебны. Мы точки в колыбели Отца. Мы чада, получившие в дар весь мир.

Задерживаю дыхание.

Магия начинается на входе. Вбегать нельзя. Только погружаться. Медленно и неспешно. Растворяясь, словно соль в ароматном котле.

Закрываю глаза.

Нельзя делать шаг вперед слишком быстро. Слишком громко. Слишком во всем.

Замираю на пороге.

Пальцами перебираю воздух. Набираю полную грудь и медленной струйкой отпускаю.

Здравствуй, день.
Здравствуй, солнце.

Ты приходишь и мир сияет.
Ты просыпаешься и мир трепещет. Разливается звуками. Изливается красками.

Ты касаешься моей ледяной щеки и она оживает. Ты касаешься моих стертых рук и они разглаживаются.

Ты метлой выметаешь боль из нутра. Серость из воздуха. Целую тебя, новое утро

Параллельный мир рушится на глазах
Поезд застыл в ночи
Голоса обесцвечены и трава
Как колючий песок степи
Я пожалуй пойду, я пойду пешком
Милый мой, я тебя люблю
Но наверно нужны нам тысячи лун
Чтобы жизнь продолжить свою
Где-то бьет ручей и цветет трава
Я найду неразбитый кувшин
И вернусь сюда поливать траву
И растить мягкий наш ковер
И залечивать раны параллельной земли
Каждую трещину врачевать
Параллельный мир в бинтах и пыли
Мне милее других миров

Самарянка

Ты не боишься меня касаться, со мной разговаривать,
Ты знаешь мою глубину, меня знаешь
А мне сейчас не до разговоров, не до молчания,
Мне бы набрать воды и домой, не останавливаясь.
Мне бы быть дома, напевать любимому сладкое,
И ни о чем не думать, не догадываться.
Но Ты смотришь сквозь, и меня знаешь,
И липкую пелену с души сдираешь,
И обнажаешь дыру размером с небо
И знаешь, как я люблю, где бы Ты не был

В нашем лесу созрели птицы
С утра до вечера кричат о любви
А ты почему-то лишь шепот слышишь
И спишь
В нашем лесу проснулось солнце
Целует крепко и до глубин
А ты почему-то ежишься молча
Кричишь
В нашем лесу гуляет ветер
Выгоняет морок, боль и смрад
А ты почему-то с утра невесел
Завернулся в старый халат
И ждешь, не погонит ли и тебя тоже
И ежишься в пледе и мелко дрожишь
А ветер рассеивает боль и тушит
Пожар сомнений твоих
В нашем лесу созрела радость
Гроздьями, и пьянит как вино
Я принесу две пригоршни сразу
Тебя обниму