Здравствуйте, камни! Вы нам очень нравитесь, можно мы устроим пикник около вас? — начинает чада разговор с нашей любимой полянкой.

Около камней тихо и тепло. Воздух плотный. Его много и хочется пощупать.
Лежать на земле. Смотреть в небо. Замирать от сочетания матового бежевого и сине-голубого. Молчать. Просто молчать.

Здравствуйте, камни… Спасибо за хороший прием…

Осень — это не время года.

Это цвет. Это прозрачный аромат. Это смотреть далеко-далеко сквозь редеющую листву. Это звук падающих листьев и серебристый звон ветра. Это молчать. Созерцать.

Осень — это вставать, пока темно. Брать чаду и вопреки всему мчать к заВолге.
Это брать термос с ароматным чаем вместо холодной воды. Это десять одежек с утра и 9 в руках днем.

Это краски, которые все равно не передать фото и поэтому делаешь несколько на. телефон, просто памяти для.

Осень — это

Август — это плотность.

Это ароматы, которые ощущаются всем телом. Они весят, они почти материальны.

Август — это небо. Глубокое, плотное, осязаемое.

Август — это между. Это еще лето, но уже дышится по-осеннему, это еще тепло, но вечерами хочется пледа и горячего чаю.

Август — еще и уже одновременно.

И в прогулке под дождем есть особое очарование: в момент, когда ты намокаешь и осознаешь, что до сухого тепла еще есть время, ты начинаешь слышать и видеть дождь. Не серую мокрую массу, которая неприятно затекает за воротник, а капли, каждую в отдельности, падающую в пыльную землю и возвращающуюся к тебе свежим ароматом, каплю, сползающую по очкам и меняющую изображение мира, каплю, преломляющую свет и наполняющую растения…

Август — полнота восприятий. Весна — это вдох и бег по-над пробуждающимся после зимы миром. Лето — матовое марево обволакивающей жары. И август — полнота проснувшегося и щедрого бытия.

Ты растешь.

Все чаще среди надутых губ я встречаюсь с анализом ситуаций и «взрослыми» словами, употребленными к месту.

Мы растем.

Каждый день я учусь реагировать. Каждый день, прежде чем одеться в маленького ребенка или правильного родителя, я пробую побыть взрослой.

Это нелегко, оказывается.
Это осознанно отложить реакции, впечатанные с детства в подсознание. Это остановиться, прежде чем отреагировать.
Это не обижаться по-детски, а встать на твое место. И обнять. Потому что тебе не хватило в этот момент тепла.

И учиться отдавать не дозированно, а сколько тебе нужно. Чтобы ты могла отойти и заняться своими делами и играми…

Это разговаривать с тобой о ситуациях, реакциях, причинах. Разбираться вместе с последствиями и продолжать вместе расти.

Я расту.

Каждый раз когда я открываю что-то в себе, я могу быть другой с тобой.
Мой внутренний ребенок прорывается и кричит. Ему есть о чем.

И день за днем я учусь быть собой и врачевать его. Узнавать в нем тебя и в тебе его.

И расти вместе.

Почти каждый кадр по пути — это контекст. Это слова до и после, это эмоции, остановки взгляда и внезапные «а давай».

А цепляет сегодня памятник расстрелянным.

Между земляникой и земляникой подходим к кресту. Зачитываю вслух чуде и вдруг окутывает тишиной.

А на камне — фамилии и даты. На полуавтомате считаю: 31 год, 30 лет, 40, 29… Где-то перехватывается комок в горле. Расстрелянные в октябре 41-го. Генералы. Младше меня. Мальчики, которые чем-то пришлись не по нраву.

Расстрелян. 31, расстрелян. 30, расстрелян…

И молча дальше, пока внутри звучат выстрелы в моих братьев…

Знаешь, как выглядит счастье?

То, которое сейчас? Которое за секунду до — нет, и секунду позже, возможно, тоже нет. А вот сейчас — абсолютное да гармонии со вселенной. Единство, в котором исчезает я — ты — вы — мир. А становится огромное целое. Целое целых. Где никто из другого не выдирает куски, чтобы стать собой, но каждый готов изливать свою целость другим…

Терпкий смолистый запах плотен и осязаем. Его хочется держать в ладонях. Пить. Укрываться в него. Он почти виден. Почти….

А где-то до — пикник между осиной и сосной. Деревья, которые разговаривают. Опускаешься на плед между ними и попадаешь в кокон их слов. Словно лежишь в плотной морской воде, которая не спешит к берегу, а обволакивает и врачует. Закрываешь глаза.

Счастье секунд. Полноты. Единства. Целого целых…

Время осенеть

Время каплями вползает в бокалы

Пышность красок сменяется матовым светом. Время выходить на улицу с фотоаппаратом и ловить дни.

Мы ловили.

Кружились под стальным небом, шуршали листьями, прыгали по лужам. Вдыхали влажную прелость осени, шагающей в зиму. И фотографировались, пока осень раскрывала объятия…

Ловить осень за хвост

Вы знали, что горы, покрытые упавшей листвой, выглядят иначе? Что можно идти знакомой тропой и оказаться метрах в 500 от нужной точки? Что штолен много?
Что лодочная переправа осенью не работает?

А что #чадочудо способна пройти 14 км с подъемом на гору?
Я тоже нет.

У виска таксист не крутил. Просто приехал к точке, до которой мог доехать, усадил и помчал к лодкам. Чтобы чада наконец отдохнула.

Наверное, еще не один день мы будем с горящими глазами вспоминать рыжую осень и наше Ширяево. Подъем на Верблюд и долгий путь домой.

И ту самую козью тропу, которую обещала чаде еще год назад и впервые увидела осенью сама. Узенькую тропинку, плотно припорошенную скользкой листвой. «Мам, а если она станет размером с мой мизинец, что мы будем делать?» Наверное, молиться… Как и всю дорогу. Пока сворачиваешь посреди гор не туда. Пока идешь с чадой наверх. Когда спускаешься вниз. Когда чада бесстрашно стоит одна посреди головы верблюда и просит сфотографировать, потому что там все фотографируются и потому что дошла…

Так и останется. Матовая ржавь. Желто-красное марево перед глазами. Листва по щиколотку, которой шуршишь, шуршишь… И плеск волн слева внизу.

Так и останется:
— Дочь, я научусь когда-нибудь ориентироваться.
— Что-то не верится, мам.
— Да и правильно. Найдемся.

А потом ты берешь в руки ведро с краской и идешь рисовать свое небо.

«Мама, посмотри, какие виды! Как у нас красиво!»

Замираю. Не от вида. От чады, которая, внезапно замолчав, любуется, сознательно приведя меня в ту точку, из которой «виды» особо видны.

Царев Курган — это наше круглогодье.

Весна, лето, осень, зима и снова весна. Приехать и замереть. пройти любимыми тропами, окунуться в терпкость сосен и пряность цветов, вновь и вновь проваливаться в эту «красоту видов», где с одной стороны Волга и Ширяево, а с другой — Сок и Тип-Тяв.

И раз за разом делать фотографии в одних и тех же местах в похожих позах. И раз за разом возвращаться. Спускаться с горы и нырять в ледяной источник. Набирать воды и пить большими глотками, умываться, мерзнуть, сохнуть и смеяться.

Когда на вопрос «почему ты все еще в Самаре», отвечаешь — «потому что Волга и Царев Курган». И идешь рисовать небо.

#каникулы2019

Нет, я не влюбилась.
Нельзя влюбиться в вечность. Ее можно вобрать в себя и знать, что она умеет ощущаться физически.

Нет, я не влюбилась.
Просто вернулась домой. Море после реки как масло после акрила. Живое, теплое и дышит. Меняется само.

Нет, я не влюбилась.
Я просто провела несколько дней без комментариев. В точке, где небо проваливается в воду.