Плотный чай проливается светом в ладони
Если тебя растворить, восстанешь ли фениксом
Или прольешься небесной водой на мое лицо
Капли твои оживят и сорвусь с тобою
В стрны, где радугой мост и искрится роса
Плотность деревьев там выше и будто живее
Там настоящая жизнь, только как бы ее стерпеть
Дашь ли мне крылья, чтобы расти скорее
Или придется самой день за днем их растить?..

Длинные тени без прошлого на мокром песке
Отражают детали прошедших эпох и времен
В этом вине больше нет суеты и имен
Вырванность и раскрепленность в горле сидит ножом
Чайки крылами разбрасывают высоту
Этот берег костистый один на своем веку
Избранность и удивленность
Рядом вращаются смерть и смех
Буквенная расслоенность пророчит миру успех

Иногда так хочется вдруг
Чтобы ты позвонил без причины
Улыбнулся как старый друг
И разгладил седые морщины
Иногда посреди суеты
Так потребна на миг остановка
Полушепотом тихое «ты»
И объятий неосторожность
Иногда закрываешь глаза
И душа напояется явью
Разливая в пространстве себя
Становясь наконец настоящей

Контексты

Я прохожу мимо твоих контекстов
Может мне просто быть в них не место
Может себя недосочинивши
Лезу достраивать чужие земли
Может быть мысли еще не упруги
Как мне понять и жену, и друга
Или другинь, все равно другие
Эти контексты недолюбили
И недолюбленность словно знаменье
Вместо герба распиная на двери
Не раскрывают навстречу объятий
Ждут понимания на расстоянии
Ждут понимания и вдохновения
Ну и конечно немного прозрения
Каплю участия и сострадания
Где-то советов, а где-то молчания
Лишь не пускают за первые двери
Я же угадывать вновь не умею
И растворяю чужие контексты
Не понимая, где прячется сердце

Творческий запой древнерусской тоски
Рябина на коньяке качает свои права
Ты не одинок, пока есть литр бурды
Пока в руках есть стакан, выпитый натощак
Водка ли правит бал
Может, еще по одной
Где-то забытый стакан
Просит еще и еще
К вечеру все дрожит
К вечеру все все равно
Крыльями машет в ночи
Томик любимых стихов
В зеркале силуэт
Держит стаканы с вином
Ночь никуда не спешит
Время приходит потом

Эти вечера рождают странное

Вечер воскресенья перетекает в понедельник. Вторая ночь без сна? Время истекло? Перелистываю социальные стены. Свои. Окунаюсь назад, вспоминаю свое состояние и настроение. Всегда на грани, в ожидании. Всплесками деятельности и замиранием. И сейчас, когда думалось, что вот оно, сейчас сбросится и начнется актив, а он не начинается. Хочется скорлупок и понимания. Настоящего понимания. Принятия. Целиком. А вместо этого — объяснить и доказать всем и каждому. Нет, не правоту, свое право на существование. Такой, какая есть. Как бесцеремонно люди проникают в твои границы. Вихрем вторгаются и говорят: так нельзя жить, ты должна… далее по списку. Бесконечному. А иногда нужно ведь не участие даже, не советы. Просто понимание другости другого. Понимание, что другой тоже имеет право быть. И не соответствовать тебе и твоим идеалам, твоим представлениям о правильности и необходимости.

На границе вина и сока
Света и темноты
Я пишу слова незнакомым
Отрешаясь от суеты
Расставляя по строчкам буквы
Собирая слова со дна
Я рождаю свою историю
Заполняя ею себя
И потом окунаясь в далекость
Настроения прожитых дней
Рефлексирую в одиноком
Настоящем течении дней
Между трезвостью и парами
Между радостью и тишиной
Путешествую по граням
Размыкая круг за собой

Время в стоптанных ботинках
Крест с гвоздями, молоток поодаль
Якоря подняли, паруса спустили
Волн теперь не будет, льдом покрыты лужи
Солнце скрыто мглою, небо раздирает.
В стоптанных ботинках, время отдыхает
Крест на гранях мира раскрывает шире
Обнимает, любит, ждет и вечно верит

Тексты, пока звучала арфа. Часть вторая

Я тебя читаю
И варю твой чай
Я тебя сочиняю
Открывая букварь
Ты не «а» и не «б»
Не слияние букв
Ты рожденная вне
Между слов, между строк
Я тебя обнимаю
Облекая во плоть
Ты рожденная смыслом
И молчащий звук
Ты мелодия ветра
И шепот листвы
Ты дыхание звуков
Часть моей тишины

В этом доме теперь цветы
Звонкость булочек по утрам
Аромат корицы и тишина,
Дающая жизнь словам.
В этом доме теперь любовь,
Пропитавшая воздух насквозь.
Параллельный придуманный мир
Оживает и будет храним.
В этом доме ожили мечты,
Аромат источают цветы,
Солнце утром, и ночью как днем
Свет и цвет, бесконечность, любовь

Тексты, пока звучала арфа. Часть первая

Впитает ли кожа звук
Если будет звучать
Рядом

Утробный звук ханга опьяняет наркотиком. Ты, словно, становишься этими звуками, которые эхом разносятся по телу и остаются там еще долго после.
Живую музыку нельзя заменить колонками и наушниками. Даже если их качество профессионально. В живой музыке есть душа, энергия, сила. Живая музыка дотрагивается до тебя. Она не может быть фоном, она может быть только тобой. А ты — музыкой. Тогда происходит встреча. И рождаются смыслы.

Ты ручей, журчащий во мне,
Огибающий камни моей души.
Будет ли звучать кожа,
Если соединится с твоим потоком.
Ты струна, натянутая ради нот,
Дающая звуку течь вместе ветра,
Воздухом наполняя сердца.
Ты звучание чистоты,
Растворяющее, убеляющее душу,
Звуками касаясь глубин, становясь водопадом,
Волной, историей, смыслом.
Ты просто звук, рождаемый тишиной,
Чтобы быть услышанным

Отразись, отрази, вырази
Раствори, напои, возьми
В ладони лицо открытое
Открывай, играй, растравливай
Выноси, рождай, рассказывай
Звуками свои истории
Приходи, начинай, растапливай
Превращай, раскрывай, раздаривай

Натянутость струн распрямляет морщины
На моем бескрайнем лице
Если бы ты знал
На что способны звуки
Когда я рядом
Ты бы звучал не прекращая ни на мгновение
Оживляя мое безголосье
Наполняя вселенную волной вдохновений

Арфоджаз
Бабочка-слон
Перепрыгнутость нот
И африканское небо
Арфа ли ты
Подернутость джазом
И облака в лужах
Слезы неба
И ноты, плавящие атмосферу
Набор ли слов
Где единственный образ
Перетекание смыслов
Лишь арфовый джаз
Отголоском

В этой комнате рассыпятся рассветы
Бисером и золотой росой,
Здесь сбываются невероятные сюжеты,
Радость обитает и покой.
Утра здесь длиннее зимней ночи,
Бесконечность светового дня,
Пенье птиц и аромат природы
Где-то непременно ждут меня,
А пока их ощущенье рядом,
Словно теплое дыхание твое.
Всё сбывается, всему свое однажды
Строчек бисер и надежды громадье