По дороге из цветного песка
Возвращаюсь в свой мир
Помнишь были глаза
На месте пустых глазниц
Помнишь радость и смех
По цветной тропе к ним вернусь
Это сказочная тропа
Растворяющая грусть
Возвращающая к себе самой
Помнишь, какой была
Видел ли меня другой
Время придет узнавать
Заново открывать
Заново приходить
Временно находить
Заново узнавать

Понедельник сер и уныл
В нем не видят начала дел
Понедельник для всех беспредел
В череде выходных дней.
Вторник строг и суров, но жив,
В нем работа кипит и гудит,
Ведь за ним прибегает среда —
Это пятницы чудо-сестра —
Можно выдохнуть и отдохнуть
И в рабочий отправиться путь —
Там осталось всего ничего —
Лишь четверг,
Ну а в пятницу кто
Заставляет работать себя?
Это ж все суета, маета.
Выходные стрелою летят —
Не успеть, не заметить, устать.
Понедельник же сер и уныл,
Его голос лишает всех сил

Осенняя дикобразость

Можно я побуду дикобразом,
Выгну спину будто кошка, а воткну колючки.
Иногда мне очень нужно мягкость рядом,
Свет, тепло и парочку подушек.
Теплый плед, накинутый на плечи,
Чай, заваренный с любовью…
И неправда, будто время лечит —
Время превращает боль в колючки.
А потом нужно такое сердце,
Что вобрать в себя всю боль сумеет,
И обняв колючки, перемелет
Острия, изгладит, уврачует

Лимонным цветом расстилается долина.
Ты динозавров видела, бабуля?
Они же чуть страшнее крокодилов,
Но вымерли давно, остались люди.
А может, мамонтов ты на полях застала,
Они как будто бы слоны, но им теплее.
А почему тогда в таких морщинах руки,
Раз ты не видела умерших очень древних?
Мне тоже предстоит залезть в морщины?
Как одеялом временно укрыться?
Потом мы встретимся и будем молодыми,
И динозавров с мамонтами встретим

Где бы взять аспирин
Или, может, топор,
Голова так болит
На осенний минор.
Свечи б в ванне зажечь
И разлить аромат,
В нем ваниль и лимон,
Базилик, виноград…
И в закрытых глазах
Прочитать тишину…
Голова так болит
Неужели усну…

Мысли по Фрейду.
Мысли в обнимку.
Блюзовый ритм сплетшихся тел.
Летим.
Медленный кач.
Долгий полет.
Звуки уставших тел.
Мраморный свет.
Чайный куплет.
Спим.

Вместо Снусмумрика

Песня должна родиться сама
Мелодией выскочить из губной гармошки
Чтобы в ней звучала весна
А может осень, и листья, и шорох
Листья пожухли и дождя барабан,
Стаями птицы рвутся на юг.
Осень — это пора тепла,
Пледа, и грога, и близких душ.
Ноты выстукивают тишину,
Кружится вальсом осенний наряд.
Рядом с тобой мне всегда тепло,
Возле тебя у меня весна…

Ты прижалась к стене
В тебе нет теней
Только взгляд больших глаз
В них полет листвы
Стаи птиц и ты
Остальное — жизнь
Все вокруг кипит
Паровоз звонит
Отправляясь в путь
На подножке поезда
На границе в новое
Уезжаешь. Будь

И вновь машинкой выстиран один носок,
А на балконе лыжа завалялась,
Придет ль однажды их черед,
Или душе хромать досталось?
Не разбираю хлам моей души,
В углах заботливый ковёр из пыли,
Придет ли время чисто подмести
И наполнять сосуд иными?

Ненакрашенное сердце
Пропустило ударов череду?
Значит была живою
Листвой на осеннем ветру.
Твой ли шарф разметался ветром?
Ты ли стоишь на разбитом мосту?
Ненакрашенное сердце,
Непридуманное «люблю».
Стан прямой, взгляд еще прямее —
Прожигает глаголом кости.
Ненакрашенное сердце
Больше не напросится в гости.
Будет учиться ударам,
Ровным и как дорога прямым.
Незаконченные пожары
Непридуманных дней