Принцесса!

Сегодня не в духе был дракон. Не сегодня. В последние дни. Огрызался. Дышал пламенем. Ворчал.

Неспокойный мир решил бороться с драконами. Вместо открытого боя с честными рыцарями начались подковерные игры трусов. Дракон искал заговоры, бился с мельницами. И уставал.

Принцесса понимающе грустила, стараясь не появляться на драконьей половине. На всякий.

Принцесса!

Умылась рассветным солнцем. Зачерпнула пригоршни любви. Голову драконью обхватила лучистыми ладонями.

Долго гладила. Долго молчала. Долго обнимала.

Пока чешуя, вставшая иглами, не смягчилась. Пока пламя, прожигавшее насквозь, не спряталось. Пока скулы, сведенные болью, не расслабились.

Долго обнимала.

Потому что каждому дракону нужна капелька нежности.

Звезды белым полотном опустятся на весеннее небо.

Вселенная моя, твои глаза сияющие стихией.

Окуну свое лицо в твои ладони. Волосы распущу по ветру. Буду ловить весну кожей. Буду твоей. И завтрашней буду тоже.

Аромат просыпающейся земли. Свежесть рождения. Слышишь, как меняется воздух вечеров?
Как нехотя падает в заВолгу солнце?

Прижмусь к тебе крепко. Буду твоей тростинкой. Твоей глубиной.

Буду молчать. Так, чтобы тишина не била, а обнимала. Буду слушать наше молчание. И голоса весны.

Принцесса и дракон

— Гера!
— Бегу, золотце!

В последнее время принцесса хандрила. Капризничала. Надувала губы и плакала в подушку. Дракон бегал вокруг. Исполнял желания. Бился о стены от непонимания и усталости. Быть драконом капризной принцессы было нелегко.

— Обними меня!

Гневно-надутые губы, взъерошенные волосы… Хотелось закрыть лапами глаза и уши, залезть в дальний угол пещеры и появиться, когда золотце снова начнет улыбаться.

— Конечно, милая!

Дракон сделал колыбель из крыльев и обнял принцессу. Ему казалось, будто все иглы мира впились в его шкуру, будто он держит огнедышащего ежа.

Нежно покачивая принцессу, он напевал колыбельные, рассказывал, что скоро придет весна, что мир не умер, а просто спит, что она — его самая любимая девочка…

Огнедышащие иглы стали мягче. Туча на лице казалась не такой черной и гневной.

Принцесса обняла лапу дракона:
— Люблю тебя. Не сердись.

Гера не сердился.

Когда в твоих глазах зажигаются звёзды, я забываю, был ли я прав.

Я беру твои ладони и прижимаю к своим щекам. Я хочу напитаться тобой. Впитать твой запах в складки своей одежды. Зарыться в твои волосы и протяжно молчать.

Когда ты улыбаешься, мне хочется раствориться в твоих глазах. Обнимать и чувствовать, как твоя радость становится и моей. Слушать твой сонный лепет, ловить губами твои засыпающие пальцы, бегущие по моим щекам.

Когда ты перестаешь быть драконом, я чувствую, как опадают иглы моей души. Словно вокруг просыпается солнце. Словно мы — две реки, добежавшие до моря. Словно не валяются у наших ног наши каменные панцири.

Когда в твоих глазах зажигаются звезды, я забываю, был ли я изранен не тобой…

Маленькая моя девочка!
Я пишу тебе между страниц. Вместо слов отправляю красную ленту, белый шарф и ветку оливы.
Я знаю, ты расшифруешь.

Чернила в моем рюкзаке пролились и высохли причудливыми узорами. Поезд потерял мой билет. И я снова иду по выжженной пустыне. Там вдали ждет меня родник твоего сердца.

Милая девочка, я помню каждую твою морщинку. Каждый сантиметр твоего тела был однажды моим. Я вернусь, даже если придется идти поперек млечного пути.

Наше молчание было всегда красноречивей.

Ты присылала мне капли росы из твоих рассветов. Птичьи трели зари и первую звезду темнеющего неба.
Я открывал твоими ключами дверь своего сердца и молча смотрел в забытую глубину.

Ты присылала мне журчание ручья и рев водопадов. Горланный крик птиц и улыбку ребенка, прижимающегося к тебе.
Я закапывал твои дары у входа в свою пещеру и ждал ростков.

Ты присылала мне свой смех и карту млечного пути.
Я собирал чемодан и ждал поезд.

Когда голубь принес последнее письмо. Когда дерево перед пещерой разрослось. Когда карта истлела в моих ладонях.

Я взял свое сердце и путеводной нитью бросил во все измерения.

Мы оживем.

Однажды я отпущу страх, сковывающий все внутри. Поверю, что чудо — рядом. Обниму и расслаблюсь в твоих надежных руках.

Однажды я перестану быть тепловозом. Набирающим скорость и мчащим к цели, чтобы потом мчать точно также обратно. Я буду двигаться, замечая окружающее и ценить процесс. Буду радоваться текущему и не ждать «правильных» финалов.

Однажды я усну на твоем плече. Проснусь на твоем плече. Подстрою пазлом свое тело под твои изгибы, сотру в порошок свои углы. И не буду больше скалой, рвущейся из земли. А стану родником, к которому ты захочешь возвращаться.

Однажды я укрою свое лицо. В твоих ладонях. Сорву все маски и буду доверять.

Однажды ты оживешь. Спрячешь свое лицо в моих ладонях. Выдохнешь и поверишь, что чудо — рядом. Сорвешь все маски и будешь доверять.

Однажды мы вернем словам смысл. И каждое «люблю» — будет светом сердца. И каждое «да» — будет полнотой ответа. И каждое слово — озвученным молчанием

За окном трамвай проваливается в ночь.
Я заворачиваюсь в твои руки, пропитанные лунным светом. Мне уютно с тобой.

Молочная заря начинает утро.
Я бегу пальцами по твоим щекам. Мне тепло с тобой.

Осень переходит в зиму.
Я варю тебе кофе с перцем. Мне спокойно с тобой.

Годы листьями опадают на землю.
Я пропитываюсь твоим дыханием. Мне легко с тобой

Твои босые ноги на полинявшей плитке, косые линии и прочая романтика.

Я спрашиваю, как тебя зовут сегодня и ты молча смеешься уголками глаз.

Я сижу на полу, смяв подушку, раскачиваюсь музыке в такт, а ты меняешь пластинки одна за другой.

Я прилетела с Марса, ты из другой галактики. Наши непохожие уши одинаково любят нежность.

Мы не умеем дарить друг другу слова. Дарим касание. Иголки к ткани. Проколоть насквозь и оставить свой след

Сегодня ты говоришь на своем языке без переводчика.

Я отвыкла. Слова путаются, как небрежно сброшенная майка под ногами.
Медленно я начинаю словесный танец без слов. Прислушиваюсь к дыханию, ловлю движения.

Ты говоришь на своем языке. Я замолкаю. Не хочу вставлять реплики в твой бессловесный монолог.
Закрываю глаза.

В голове плывет медленное «кооон» Страны Чудес от Мураками. Ветер за окном начинает безумно-осеннюю пляску. Прислушиваюсь к твоему дыханию, повторяю его ритм. Отпускаю свою словесность.

Во мне больше нет слов. Твой язык разбудил тишину. Прислушиваюсь к молчанию. Звуки вокруг оглушают, краски слепят сквозь закрытые веки. Впитываю медленно, как несуществующую мелодию.

Отвечаю на твоем языке.