Вечер супит суровые брови
Снег стучится в дырявые окна
И никто никого не спросит
Чем заполнить его одинокость
Не зеркалится больше, не спится
В эти зимние длинные ночи
Снег пушистостью скроет отточья
И зашаркает странною нотой
Нужно лишь подождать перезимья
Дотянуть до кратчайших суток
И потом улыбаться солнцу
И стремиться к весне недолгой

Белеющие с каждым днем

Это потом с Магдалиной
Пастернак будет кричать у Креста
А пока cтупеньки к храму
И ирмосы Рождества
Это потом поэты воспоют
Писатели напишут
А пока песок в сандалиях
Мария идет к Елисавете
Это потом мы выкрасим ризы в голубой
И платочками уцеломудрим головы
А пока Иерусалимский храм
Принимает во Святая Деву
Это потом мы службу споем
И отрывки прошлого зачитаем
А пока трилетствующая кроха идёт
Чтобы стать однажды матерью Бога

Где проходит грань пустоты
Где граница проходит всего
Полосатый игольчатый мир
И объятья раскрыты давно
Я стою между да и ты
Между кромкой дороги домой
Выбирать ли игольчатый путь
Или крыльями резануть
Я стою между да и ты
Между шагом и пустотой
Выбираю свой путь домой
Я хочу с тобою домой
Взявшись за руки и босиком
Как по лужам в детстве стремясь
Теплоту и свободу объять
и по граням мира бежать
Между да и ты лишь ручей
Не пройти и не переплыть
Я пойду с тобой вдоль него
Грань рожденная перешагнуть

Поручение Адаму

Тонкими иглами звуки в сознании
Будет ли слон доволен посудной лавкой
Если ему предложить продавцом быть
Можно ли дать черепахе колеса и скорость
Нужен ли верному шпицу берет с бахромой
Как мы хотим сделать мир вокруг лучше и лучше
Только измерить пытаемся лучшесть привычным горбом
С мерками выдры костюм шить на спаниэля
Или орлу научиться летать предлагаем
Лучше, добрее, сильнее, нужнее
Так мы себе в этот миг предложенья свои представляем
Только возделывать — это не резать ножовкой
Это заботливо корни от вьюг укрывать
Зайцу морковь давать, курице зерна
Ягоды есть, слушать птиц, мир вокруг украшать…

Какао, кофе, капучино
Пуэр, мате, улун, инь янь
Какая дикость без причины
Переходить на пакет-чай
Кофейник, чайник, калебаса
Щепотка трав, корицы горсть
Зачем пакетиковую гадость
В бокалы бодро разливать
Где аромат и наслажденье
Где пиала или гайвань
Пакеты бодры на прилавках
Налил, забыл… О недочай!

Пуэр пьянит сильнее вина
Книжка в руках превращается в истории
Это вечер джаза и ходьбы по облакам
Красок жизни и тоски по Отчизне
Это вечер любующейся тишины
мандариновых корок на столе и под
Это вечер счастья и красоты
Даже когда дом стоит вверх дном

Я опять рисую тебя
Твою обнаженность
Поливаю вином
Как алтарь
Освящая навечно
Я опять сочиняю тебя
Не желая узнать
Что скрывает твоя глубина
Твои буквы стучатся во мне
Остается принять их поток
Переводом окутать слова
И подкинув вторичную мысль
Расшифровку с собой унести

Плотный чай проливается светом в ладони
Если тебя растворить, восстанешь ли фениксом
Или прольешься небесной водой на мое лицо
Капли твои оживят и сорвусь с тобою
В стрны, где радугой мост и искрится роса
Плотность деревьев там выше и будто живее
Там настоящая жизнь, только как бы ее стерпеть
Дашь ли мне крылья, чтобы расти скорее
Или придется самой день за днем их растить?..

Длинные тени без прошлого на мокром песке
Отражают детали прошедших эпох и времен
В этом вине больше нет суеты и имен
Вырванность и раскрепленность в горле сидит ножом
Чайки крылами разбрасывают высоту
Этот берег костистый один на своем веку
Избранность и удивленность
Рядом вращаются смерть и смех
Буквенная расслоенность пророчит миру успех

Иногда так хочется вдруг
Чтобы ты позвонил без причины
Улыбнулся как старый друг
И разгладил седые морщины
Иногда посреди суеты
Так потребна на миг остановка
Полушепотом тихое «ты»
И объятий неосторожность
Иногда закрываешь глаза
И душа напояется явью
Разливая в пространстве себя
Становясь наконец настоящей